История женьшеня

Женьшень Panax Ginseng C. A. Meyerреликтовое растение Дальнего Востока, нашедшее широкое применение в медицине Китая, Кореи и других стран восточной Азии. Странствования в поисках дикорастущего женьшеня и его целебная сила, укрепляющая  здоровье человеческого организма и защищающая его от негативных воздействий окружающей среды, овеяны легендами и описаны во многочисленных художественных произведениях. 

 

Женьшень: тайна имени

В 1833 г. корейский женьшень был впервые назван  Panax Schineseng Nees немецким ботаником Нис фон Эзенбеком. Свое окончательное название  Panax Ginseng C. A. Meyer корейский женьшень получил благодаря русскому ученому Карлу Антону Мейеру в 1843г. 

Не случайно слово  «рanax» созвучно со всем известным термином «панацея», ведь произошло оно от имени  дочери древнегреческого мифологического врачевателя Эскулапа.  В переводе с греческого оно означает «всеисцеляющий», или в популярном переводе – «лекарство от всех болезней».

Это растение носит название женьшень, потому что его корень напоминает фигуру человека; считалось, что он олицетворяет три человеческих сущности - дух, душу и тело. Женьшень был известен также как «царь растений» или «повелитель  растений».

Слово  «ginseng» было взято из китайского языка (“rénshen”), что буквально означает «человек-корень» или по-другому «ветвистый корень, подобный человеку». Такое же значение имеет и корейское название женьшеня – инсам (in-sam).

Тысячелетняя практика применения

Panax ginseng был открыт более чем 2000 лет назад на холмах Манчжурии в Китае. С тех пор он занял место самого почитаемого лекарственного растения в традиционной восточной медицине. В Древнем Китае его использовали для лечения многих недугов, начиная с обычной усталости и заканчивая сердечно-сосудистыми заболеваниями.  Древние летописи хранят сведения о том, что женьшень ценился дороже золота и запасался для лечения членов королевской семьи.

Трактат «Шень Нун Бен Цао Цзин» (100 г.н.э.) приписывал женьшеню способность увеличивать продолжительность жизни и утверждал, что он незаменим  для «просветления ума и обретения мудрости»

В древнекитайских летописях говорится, что Шень-нун (божественный крестьянин), еще известный, как Император Ян, или Желтый Император, т.е. один из «Трех Императоров» начал прибегать к помощи растительных лекарственных средств еще 5500 лет назад, перепробовал сотни растений и открыл множество лечебных свойств различных трав. Его рабочие записи были утеряны много лет назад, однако их содержание и опыт Шень-нуна передавались устно из поколения в поколение. Через много лет они, наконец, были собраны в книгу «Шень Нун Бен Цао Цзин» («Травник Шень-нуна») Тао Хонджингом  в 502-557 гг. н.э. 

Он провел классификацию трехсот шестидесяти пяти видов растений и разделил их на три класса по степени токсичности. В высший класс были включены не ядовитые растения, которые  умножали жизненную энергию, укрепляли и омолаживали организм, которые можно принимать постоянно. Ярким представителем этого класса служит женьшень.

 Женьшень также упоминает китаец Ши Йо в книге «Джиджужанг» (классификация живых организмов), которая датируется 48-33 гг. до н.э. Рецепты с применением женьшеня были найдены и в «Шангане Лун» (трактат о лихорадках), датируемом 196-200 гг. н.э.

Помимо этого, существует множество легенд, в которых упоминается корень женьшеня. Одна из легенд повествует нам о молодом человеке, чья мать страдала от неизлечимой болезни; в видении он нашел чудесное лекарство глубоко в горах. Встретив странного старичка, находившегося в исступленном восторге, парень столкнулся с духом горы, который и вручил ему женьшень.

Восточные целители считали, что женьшень способен сделать человека сильнее, выносливее, дарит долголетие и вечную молодость духа.

Согласно утверждениям в «Бэньцао Ганму» (Энциклопедия трав), написанной в 1596 г. н.э. Ли Ши-чжень, китайским ученым, женьшень применяли для борьбы с 23-мя видами заболеваний.

Это растение входит также в 653 (16,6%) из 3944 рецептов в Донкею Богам (Корейская клиническая фармакопея).

При оценке данных народной медицины стран Дальнего Востока о весьма разнообразных целебных свойствах женьшеня прежде всего обращает внимание его общеукрепляющее, «оздоровляющее» действие на организм человека в целом.

В указе одного из последних китайских императоров, где перечислялись  заболевания, для борьбы с которыми рекомендуется применять женьшень, в первую очередь сказано, что «… женьшень помогает при всякой слабости, в случаях чрезмерного телесного или душевного утомления или усталости … усиливает духовную и телесную деятельность органов, ободряет настроение духа…». Ли Ши-чжень особенно подчеркивает способность женьшеня «… вернуть человеку дух жизни в тех случаях, когда он уже лишился последнего»

Особое внимание в своих трактатах восточные целители уделяли долголетию, неизбежно приобретаемому человеком, при приеме экстракта женьшеня

Первые научные исследования

Перспектива раскрыть тайну этого чудодейственного растения представлялась привлекательной  для многих поколений ученых. Результаты многочисленных исследований объясняли, почему женьшень обладает столь сильным лекарственным эффектом; свойства, благодаря которым человек использовал женьшень на протяжении тысячелетий, наконец, получили научное подтверждение.

Американский вид этого «чудодейственного» растения был открыт в 1714 г отцом Ляфито, иезуитским священником, который работал миссионером с канадскими индейцами. Основываясь на теории, что женьшень может произрастать в Америке, поскольку климатические условия Китая и Северной Америки сходны, отец Ляфито долгое время провел в поисках растения.  В конце концов, он обнаружил, что женьшень использовался коренными индейцами в качестве лекарственного растения, но под другим названием.

Британские врачи Ф. Портер Смит и Ж.А. Стюарт, работавшие в Китае в конце девятнадцатого столетия, были одними из первых ученых-европейцев, которые узнали об удивительных целительных свойствах корейского женьшеня. Высокая популярность женьшеня способствовала росту количества новых исследований «корня жизни» и возможностей его применения в альтернативной и традиционной медицине.  

В 1854 г. Гаррикс (США) обнаружил в американском женьшене (Panax quinquefolium L.) вещество и назвал его «панквиллон». В 1957 г., почти столетие спустя, российский ученый И.И. Брехман опубликовал монографию, которую назвал «Жень-шень». В монографии он высказал предположение, что активным веществом растения является «сапонин». Он также предложил адаптогенную теорию, которая описывала, каким образом активный компонент корейского женьшеня устраняет физическое истощение, повышая неспецифическую сопротивляемость организма к широкому спектру вредных воздействий. Активный компонент был назван «адаптоген».

Биологически активные вещества женьшеня всегда привлекали внимание ученых, но только в начале 1960-х годов появились технические возможности, позволившие извлечь эти вещества из растения и изучить строение этих сложных природных соединений.

Г.Б. Еляков был первым из отечественных ученых, который поставил, а затем вместе со своими сотрудниками и решил эту трудную задачу. Им удалось выделить индивидуальные гликозиды тритерпеновой природы – панаксозиды.  Примерно в то же самое время японские ученые Др. Шибата и Танака изолировали и описали сапонины корейского женьшеня и их виды. Им было дано название «гинзенозиды».  Большинство современных ученых используют в своей работе именно это название.  Труды этих ученых послужили отправной точкой в развитии исследований женьшеня. 

После открытия японскими и российскими учеными гинзенозидов начался стремительный рост количества исследований, результатом которых стало более 5000 публикаций научных работ на сегодняшний день.